г. Киев
пр. Московский 8, офис 316

тел.: (044) 237-18-47
Главная Наши работы Вопрос - Ответ Контакты

ХАЙДАРАБАД

Сайберабад или вторая «Силиконовая долина» в Индии. Хайдарабад всего за несколько лет смог завлечь к себе флагманов хай-тека и авторитетные научные лаборатории.

Возращение «мозгов» (и приток новых) - таковы реалии современного Хайдарабада.

Находясь в прямой конкуренции с Бангалором, первой «Силиконовой долиной», он постоянно расширял и разнообразил профили «прописанных» в нем компаний и сейчас вплотную подошел к тому, чтобы стать столицей биотехнологий.

Wireless global city

Хайдарабад стал глобальным городом, не пройдя предшествующую стадию развития промышленности и инфраструктуры: он является международной сетью, не являясь при этом сетью городской. Детерриторизованный Хайдарабад - это «беспроводной» мировой город



Внимательный взгляд на 11 крупных полюсов на периферии - на так называемые «Метрополитанские центры» Большого Лондона обнаруживает все время одну и ту же картину: ковер блокированных домов (смитсоновская вселенная кластеров-) формирует транспортную сеть (шоссе и железные дороги), в узлах которой возникают эпицентры городской активности. Обе системы странным образом являются и автономными. и интегрированными. Ковер домов живет своей жизнью, то же происходит и с экономическими центрами, существующими в силу своей принадлежности к метроиолитанской сети. И никакого перехода между двумя мирами, двумя масштабами.

Тем не менее эти два мира подпитывают друг друга - центры (часто маркированные крупными объектами) привносят метрополию в рассеянный город. Тот, в свою очередь, формирует для центров фоновую городскую застройку, существующую в спокойном размеренном ритме, присущем повседневности.

38% территории Большого Лондона занято озелененными общественными пространствами . Существует специальная Хартия, определяющая их иерархию, размер и радиусы доступности. Самое маленькое пространство - «карманный парк» (pocket park) с площадью до 4000 кв. м и радиусом шаговой доступности от жилой застройки 400 м. самое крупное - региональный парк (начиная с 400 га и на расстоянии 3-8 км от домов). Между этими двумя типами обнаруживается еще пять промежуточных категорий.

Эта культура открытых пространств для Англии вовсе не нова. Ее истоки прослеживаются в эстетике никчереска, чьи принципы впервые были озвучены в конце XVIIT века в «Наблюдениях за рекой Уай» Уильяма Гилпина. Житель метрополии как странствующий садовод...

Субурбия

Рикки Бёрдет называет Лондон столицей «Субурбии». Именно здесь как нигде пригороды обладают способностью смещать акцент в традиционной европейской паре «центр-периферия». В своем фильме «Лондон» Патрик Кейлер идет еще дальше: «... Лондон сейчас - это город фрагментов, которые больше не организованы вокруг центра. И если мы хотим найти что-то современное, то надо ехать именно в пригороды». Немного дальше в фильме он рассказывает о пригородах как об островках надежды в стареющем и обуржуазившемся городе, как о месте рождения новых форм городской жизни: «... представим себе сценарий, когда упадок центра будет продолжаться, и различные виды деятельности, которые раньше всегда считались городскими, начнут появляться в пригородах».


Станция «Илфорд»

Илфорд - район Большого Лондона, расположенный в 15 км к северо-востоку от вокзала Ча- ринг-Кросс. Его центр находится на пересечении железной дороги (Crossrail Line 1). шоссе (Ilford Hill Road, в центре Лондона она перетекает в Whitechapel Road) и лондонской рокады (Northern Circular Road).

В центре этого узла гигантское здание - Ilford Exchange Center, шоппинг-молл. соединенный со станцией. Торговый центр построен над железной дорогой. Он объединяет два ее «берега». С северной стороны это здание упирается без какой-либо масштабной связки или иного пространственного перехода в малоэтажную блокированную застройку вдоль улицы шириной 12 м.


Гайд-парк - Blow Up

Парк из Blow Up (Гайд-парк) разворачивает перед зрителем зеленую пустыню в центре Лондона, на протяжении всего фильма он является местом блуждания (тела и взгляда), отсутствия (трупа), потери (ориентиров), аберрации зрения, «отключенного» от городской реальности и просто от реальности как таковой.

В английском парке ландшафт кажется прозрачным, но эта прозрачность нередко весьма обманчива.

ЛОНДОН

«Каждая резкость, каждое противоречие уживаются рядом с своим антитезом и упрямо идут рука об руку, противореча друг другу и, по-видимому, никак не исключая друг друга. Все это, кажется, упорно стоит за себя и живет по-своему и, по-видимому, не мешает друг другу»1.

Полицентричность


Лондонская метрополия обладает неистощимой силой генерировать центры на периферии. Конечно, новая форма управления - Большой Лондон (создан в 1965 г., имеет мэра с 2000 г.) - во многом обеспечила успех таких проектов, как Thames Gateway и Canary Wharf, однако полюса активности вне пределов центра Лондон производил во множестве всегда.




Лос-Анджелес - метрополия растекания (sprawl). Большинство из 12.5 тыс. кв. км, которые составляют Greater Los Angeles, равномерно покрыты рассеянной, почти одинаковой застройкой.

Феномен растекания, приобретший в наши дни глобальный характер, в Лос-Анджелесе обнаруживает свои культурные корни. Сюда прибывали многочисленные переселенцы из сельскохозяйственных малозаселенных районов Среднего Запада. Оказавшись в Калифорнии, они собирались заниматься земледелием. Крестьяне воспроизводили свои одиноко стоящие жилища, столь непохожие на то, что строили на Восточном побережье и в европейских городах.

Несмотря на предостережение Ле Корбюзье («мечта х 1 ООО ООО = хаос»), Лос-Анджелес сделался метрополией с населением 16 млн чел. и третьей экономикой среди городов мира (после Токио и Нью-Йорка).

«Как же так получилось, учитывая все новые и новые волны переселенцев и процесс распределения земель, который шел с чисто американским энтузиазмом, что в результате не образовалась обычная рыхлая центробежная застройка вокруг общего ядра?»

Лос-Анджелес - это метрополия без центра. Здесь наблюдается замена центров сетями - сетями индивидуальной мобильности.

Между прочим, обычных для городского планирования регламентов в Лос-Анджелесе нет. Управлением развития региона занимаются на самом деле два огромных агентства, ведающих инфраструктурой: Division of Highways и Metropolitan Water District.

МЕХИКО

«Слишком далеко от Бога, слишком близко к США», - напомним афоризм, приписываемый старому диктатору Порфирио Диасу (1830-1915). чтобы начать разговор о городе, который часто выставляют примером, которому не надо подражать: примером безудержной урбанизации, упадка муниципальных служб, постоянно растущей бедности и преступности, неконтролируемого загрязнения окружающей среды и проч. Но вот ведь какая штука, при этом он как-то живет.

Смог

Смог отражает состояние постоянного кризиса, метрополия на пороге взрыва, но метрополия, которая сопротивляется: город как биотоп с тяжелейшей экологией, но и среда, которая, несмотря ни на что, сохраняет свою привлекательность и справляется с ролью деловой столицы.





Трансграничная метрополия

В районе пересечения границ Швейцарии. Германии и Франции пересекаются также и трансграничные потоки товаров, услуг, людей. Все это обусловливает активные контакты северо-запада Швейцарии с югом Германии и Эльзаса.

Нужды в работниках на северо-западе не могут быть покрыты исключительно за счет внутренних ресурсов. В 2005 г. в Базеле работало 50 тыс. жителей приграничных районов сгран-еоседей.

За покупками же ездят, как правило, в противоположную сторону. Рядом с границей со стороны Германии и Франции построено множество торговых центров, привлекающих швейцарцев более дешевыми ценами4.

Швейцария

Швейцария обладает очень плотной и эффективной сетью общественного транспорта. В города с численностью жителей 30 тыс. и более человек поезд приходит каждые полчаса. За четыре часа можно пересечь страну и с севера на юг. и с востока на запад. Между всеми крупными городами установлено скоростное железнодорожное сообщение, так что время в пути не превышает одного часа.

Швейцарцы, наряду с японцами, проезжают в год больше всех километров в мире.

Легкая доступность каждой точки страны меняет восприятие территории. та мыслится как тотально интегрированное пространство.

Большинством жителей Швейцария и сегодня воспринимается как аграрная страна, населенная людьми, которые близки к “природе". Горы, озера, стада, поля и виноградники формируют ее ландшафт, являются ее фундаментальной составляющей. Конечно, присутствуют и исключения (города, заводы, железные дороги, шоссе и проч.). но они не затмевают мифа. А речь идет именно о мифе, пусть даже в момент своего создания - в XIX веке - он и отвечал реальному положению дел... Сегодня же в сельском хозяйстве занято менее 5% населения.

Но, несмотря на все изменения, образ Швейцарии по-прежнему, во многом складывается из картин сельских и горных ландшафтов.

«Швейцария - это в общем-то большой город, разделенный на тринадцать кварталов.

Существуют более населенные и менее населенные кварталы, но, помимо прочего, каждый из них призван еще и напоминать, что ты все время находишься в городе».




Гипергород

Гипергород, как гипертекст, не является плодом творчества одного автора, у него множество точек входа, там можно циркулировать по самым разным маршрутам. Плотность и концентрация - не то, благодаря чему существует гипергород. Деревня, исторические центры, крупные города, субурбия - все складывается в единое целое. Но превращает ли гипергород Швейцарию в метрополию?

«Модели (генерики) претворяются в жизнь только при наличии таких (местных) условий, как наиболее благоприятный климат и необузданная свобода действия. Самые прекрасные цветы науки и искусства цветут там. где нет ограничений, обусловленных историей или культурой»4.

В этом смысле Торонто, конечно, город-генерик. Там нет культуры, там царит смешение культур. Эта смесь формирует коды, которые не характеризуются общими для всего социума историей и культурой. Идентичность человека носит множественный характер, и эта множественность делает из каждого интеркультурного существа «любую сингулярность»5.

Показательный город для Канады - первой постмодернистской нации, неспособной определить себя в понятиях экономики, политики, географии и, тем более, расы.

Может ли город быть целиком транскультурным, может ли он быть идеально взбитой смесью интеркультурных человеков? Даже такой транскультурный город, как Торонто, нуждается в мультикультурном пространстве.

Даже стремясь стать генериком, царством транскультурализма. город ищет аутентичность, но не ту. что связана с географией или каким-то местом.

Доводя до крайности выражение различных идентичностей и одновременно культивируя транскультурализм (сосуществование нескольких сложившихся культур). Торонто старается нащупать эту самую аутентичность. Подобный поиск отражает двойственность понятия транскультурализма, которое не бывает всеохватным по определению.

ТОРОНТО

Tоронто с его 45,7% жителей, родившихся за границей. ООН провозгласило «самым разнообразным городом мира». Глобальный город, он еще более глобален в силу своего культурного разнообразия. Оно. несомненно, способствует и тому, что в различных списках «самых приятных городов» Торонто обязательно оказывается среди первых. Торонто позиционирует себя как город космополитический, толерантный к любой культуре. Делая разнообразие одной из главных составляющих своего бренда, оно выдвигает свой транскультурализм в качестве альтернативного ответа на вопрос об уникальной культурной идентичности.

Транскультурализм

Транскультурализм - сплав двух параллельных процессов: раскультуривания прошлого и смешения культур и «интеркультурных субъектов» в настоящем. Он подразумевает, что идентичность не обязательно одномерна, она выстраивается и опознается по отношению к другому. Она множественна и гетерономна. Но эта множественность и замутняет идентичность.

Фланируя по матрице, команда IAUC вычленяет 14 тем, понятий или определений, посредством которых можно описать или репрезентировать метрополию XXI в.:

1. Гибрид - Современная метрополия имеет гибридный характер. Наиболее ярко это проявляется в Токио: пластичность его урбанистической ткани служит хорошим подспорьем для постоянных изменений, достроек, соединения разнородных единиц - в общем, для сотворения целого из множества разнородных миров.

2. Планирование - Надо ли брать в качестве примера Сингапур, где все спланировано на много лет вперед? Или Каир, который не подчиняется никакому плану?

Команда IAUC ссылается на книгу Мишеля де Серто «Изобретение повседневности» (1980), в которой знаменитый французский историк и социальный философ критикует урбанизм, рассматривающий город в качестве некоего обобщенного целого, объединяющего разнородные свойства многих поселений, и исключающий из поля исследования все вопросы и темы, которые нельзя рассмотреть посредством существующего измерительного и репрезентативного аппарата. Согласно де Серто, планировочная дисциплина должна научиться работать с множествами: пространство как место, которым пользуются, не может быть наделено стабильностью и однозначностью, оно гибридно, переменчиво, находится в непрерывном становлении. Поэтому, делает вывод команда IAUC, планирование остается эффективным, когда оно не тотально, а пунктирно и применяется по отношению к отдельным видам деятельности или пространствам. Речь идет о планировании, которое можно назвать дискретным.

3. Диффузное состояние - Единой модели развития города не существует. Метрополии являются «композитами», сплавом самых разных элементов: плотного города, нестабильного в своем развитии пригорода, огромных сгустков активности на периферии, протяженной одноэтажной застройки. Поэтому вопрос «устойчивости» города нельзя рассматривать исключительно сквозь призму плотности и компактности. Лос-Анджелес (образец рыхлой, растекающейся метрополии индивидуальных домов и частных автомобилей) сумел создать собственную «экоархитектуру», примерами которой являются Case Study Houses - культурный синтез географии и климата, имманентный характеру именно этого города.

4. Индивидуальная мобильность - Гипергород Швейцария повествует нам помимо прочего о перемещении и встроенности в обширные пространства. У него множество входов и множество разнообразных маршрутов для движения. Он приглашает выбрать один из них - часть транспортной цепочки, объединенной с огромным количеством других функций.

5. Транспорт/Место - Нередко нас удивляет унылость транспортных узлов, при том что они притягивают множество народа. Токио-один из редких мировых городов, который можно почти целиком увидеть из окна поезда. Граница между метрополией и транспортной инфраструктурой здесь практически стерта (см. ПР57).

6. Потоки - Хьюстон и отсутствие планирования, когда огромные территории отдаются на откуп дикой природе, Хайдерабад с кластерами, на десятилетия обгоняющими в развитии свое непосредственное окружение, Дубай, где пустыня взята в тиски климат-контроля. Три метрополии, три способа ловить мировые потоки там, где раньше бы никто не подумал, что могут возникнуть «глобальные города». Мир окутан потоками на самых разных широтах. Иногда эти потоки концентрируются, превращаясь в пучки, и «оседают» в определенных точках. Чтобы потоки осаживались, требуются два основных условия: «яркость» места и его «уравновешенность».

Эти два условия часто могут вступать в противоречия друг с другом: иначе все было бы слишком просто. Главное, сделать так, чтобы превратить точки притяжения потоков в подлинных застрельщиков развития, которые распространяют свое влияние без исключения на всю округу. Речь идет не о равномерном распределении богатств на отдельно взятой территории. Это также и вопрос производства адекватного пространства- пространства, которое бы было справедливым. В общем, архитектурный вопрос, требующий изобретательности.

7. Сегрегация - Метрополия, «подключенная» к глобальным сетям, постоянно сегрегирует, маргинализует, оттесняет. «Я гляжу на эти глобальные города и думаю... что они являются пространствами новых социальных агентов, которые возникают сейчас: начальников без границ и тружеников без вида на жительство» (Саския Сассен).

8. Полицентричность и многополярность - Многоядерное поле современной метрополии все более и более напоминает центростремительную спираль, между сегментами которой образуются разрывы, «ничейная земля», как в голландском Ранштадте. Если бы все могло лучиться и притягивать посредством переменных интенсивностей, мы могли бы подойти вплотную к модели полиморфной центральности, на которую нам указывает Лондон.

9. Переиспользование-Метрополия XXI в. уже здесь. Это значит, что надо заниматься тем, что есть, не урбанизировать «целину». «На смену экстенсивному урбанизму должен прийти урбанизм повторного использования», - констатирует IAUC. Большинство градостроительных, социальных и экономических вопросов касаются сейчас уже застроенных пространств. «Вторичная переработка» города открывает новое поле деятельности для архитекторов и урбанистов. Речь идет не о создании умозрительных проектов с нуля, а о постоянном контакте с населением (не обязательно местным-территориальная принадлежность в метрополии понимается шире) для выработки новых проектных методик, более диалогичных и открытых жителям.

10. Ресурсы - «Когда ступаешь по тонкому льду, все спасение в быстроте» (Ральф Уолдо Эмерсон). Разумное природопользование сделалось абсолютной необходимостью. Впрочем, иногда в результате экологических кризисов и катастроф рождаются интересные решения не только в плане бережного расходования ресурсов, но и в других областях: Мехико и солидарность его жителей, Лагос и его культура переиспользования всего и вся.

11. Общественные пространства - Что такое общественное пространство? Контролируемое пространство, где предписаны определенные модели поведения, или пространство, бесплатно предоставленное всем, где может случиться что угодно? Можно ли отнести к нему тотальный «тематический парк», которым является Орландо во Флориде, или пару Креативный класс + Партисипационная демократия, которые формируют «народный климат» (people climat] в Портленде, штат Орегон?

12. Транскультурализм-45.7% населения Торонто родились за границей. Это превращает крупнейший город Канады в парадигматический пример транскульту- рализма, когда в условиях метрополии человек приобретает несколько культурных идентичностей, культивирует внутри себя культурную множественность. Иногда Канаду называют самой большой несуществующей страной в мире, подразумевая отличие выраженной национальной самости у ее граждан. Но случайно ли, что при этом она постоянно возглавляет списки самых приятных для жизни стран?

13. Демократия - Санкт-Петербург учит нас, что архитектура и пространства носят всегда политический окрас. Морфология этого города не следует траектории развития различных архитектурных стилей, она складывается в результате столкновения различных политических проектов: западнического империализма Петра I, просвещенного деспотизма Екатерины II, коммунизма Ленина, марксизма-ленинизма Сталина, авторитарного капитализма Путина.

14. Климат - «Но что есть Город для них, что есть Полис? Это оранжерея, теплица, которая служит для того, чтобы приютить людей, которые не жили раньше вместе. Город - это как минимум теплица, призванная обладать всеми необходимыми достоинствами для того, чтобы приютить людей, которые обычно не могут вместе жить» (Петер Слотердайк).

Для ответа на вопрос, что такое метрополия XXI века, климатическая тематика должна оказаться центральной. В XIX в. Хрустальный дворец стал пространственным и инженерным образцом для климатологии крупного индустриального центра, которым был Лондон. В «Зимних заметках о летних впечатлениях» Достоевский представляет его как апогей развития и экспансии западного мира. Подобное также имело место с парижскими пассажами - крытыми улицами города, который Вальтер Беньямин назвал столицей XIX в. В качестве другой парадигмы выступил Манхэттен - для города Уолл-стрит, для Нью-Йорка. Шоппинг-молл и небоскреб сделались главными героями XX в., олицетворяя рост и концентрацию терциарной экономики, но также и пространство развлечений потребительского общества. «Каков же будет новый климат?» - задаются вопросом архитекторы IAUC, перекидывая мостик от тем к ситуациям.

D) От единого к множественному: Метрополитанские ситуации

Не удивительно, что показ ситуаций группа IAUC предваряет еще одной цитатой из Петера Слотердайка- главного мыслителя-климатолога наших дней. Цитата взята из 3-го тома масштабного «сферологического» исследования философа, который озаглавлен «Пена». Именно «Пена» (множество вступивших во взаимодействие сфер) является для Слотердайка даже не метафорой, а конститутивным признаком современного общества. Не случайно, наверное, что французский перевод этого труда вышел незадолго до начала проекта Большого Парижа. «Огромная урбанистическая пена может быть понята, исходя из ее пространственной комплекции, реальной или сверхдействительной, только если ее рассматривать как метаколлектор, где соединяются места скоплений и отсутствия скоплений. Подлинная функция метрополии, очевидно, состоит в том, чтобы обеспечивать хорошее соседство центров и не-центров - не в форме сверхцентрализации, но в форме агломерации или нагромождения топографических интенсивностей, типа коллектора, предприятия, жилья, постройки под открытым небом. Метаколлектор, который позволяет возникнуть современному городу, не зависит от людей, расположенных собираться вместе или удаляться друг от друга. Он скорее относится к тем местам, то есть придуманным и обустроенным пространствам, в которых люди ощущают или не ощущают существование возможности собраться и пользуются или не пользуются средствами телекоммуникации».

Компания Клипсо Юнион, официальный поставщик продукции Clipso в Украину и страны СНГ

Clipso.ua

Запущен обновленный сайт компании "Клипсо Юнион" по адресу clipso.ua. Добро пожаловать!

Вызов замерщика

Вызвать замерщика

Поиск

Экологичность

Согласно экологическим нормам Франции, продукция Clipso практически не содержит вредных веществ и соединений.